Category: история

Katya

Дело Сланского



Бирюкова: Это не моя статья. Это перепечатки из Вики. Дело Сланского помогает понять - что тогда происходило и что готовил Сталин.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D0%BE%D1%86%D0%B5%D1%81%D1%81_%D0%A1%D0%BB%D0%B0%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B3%D0%BE



Процесс Сланского («Процесс об антигосударственном заговоре вокруг Рудольфа Сланского», чеш. Proces s protistátním spikleneckým centrem Rudolfa Slánského) — проходивший в Чехословакии с 20 по 27 ноября 1952 года показательный суд над группой видных деятелей Коммунистической партии, пытавшихся выстроить дружественные отношения с лидером Югославии Иосипом Тито.

Содержание
1События
2Список обвиняемых
3Последствия
4Примечания
5См. также
6Ссылки

События
Генеральный секретарь ЦК КПЧ Рудольф Сланский и 13 других высокопоставленных партийных и государственных деятелей, 11 из которых являлись евреями, были арестованы в конце 1952 г. и обвинены в «троцкистско-сионистско-титовском заговоре». Их обвиняли в государственной измене, выдаче военных тайн, подрывной деятельности, экономическом саботаже и вредительстве, подготовке покушений на жизнь партийных и государственных вождей и т. п. В частности, Сланский обвинялся в том, что «насаждал на руководящие посты в партии и государственном аппарате врагов чехословацкого народа, прошедших школу американских разведчиков Даллеса и Филда».
На процессе 11 подсудимых были приговорены к смертной казни и казнены 3 декабря 1952 года, 3 были осуждены на пожизненное заключение. Государственным обвинителем выступал Йозеф Урвалек.
Процесс стал частью «чистки потенциально опасных элементов» в рядах Collapse )
Katya

Сталин, Путин и эта польская свинья. И еще и сволочь.




Посла России вызвали в МИД Польши из-за слов Путина о польском дипломате


Посол России в Польше Сергей Андреев 27 декабря был приглашен для беседы в министерство иностранных дел республики из-за слов президента Владимира Путина о польском дипломате. Об этом Андреев рассказал ТАСС после визита в дипломатическое ведомство.
Путин 24 декабря на расширенной коллегии Министерства обороны назвал сволочью и антисемитской свиньей польского дипломата, который перед началом Второй мировой войны занимал пост посла Польши в Германии и пообещал поставить памятник Адольфу Гитлеру за высылку евреев в Африку.
По словам Андреева, у него состоялась «жесткая, но конкретная» беседа с директором восточного департамента польского МИДа Яном Хофмоклем. Дипломаты изложили друг другу позиции своих стран по данному вопросу.
В свою очередь замминистра иностранных дел Польши Марчин Пшидач сообщил Польскому агентству печати, что в ходе беседы Андрееву от имени польских властей был высказан решительный протест в связи с данной ситуацией.

*

Бирюкова: Ха-ха! Это цветочки! Ягодки потом будут! Когда не посла Андреева, а лично Путина вызовет на ковер Сталин. За антисемитскую свинью! И за сволочь тоже.

-==-

Райский уголок на небе. Домик в горах. Виноградники, сады, бурная речка через которую кладка, в речке форель, овечки пасутся, Эльбрус-красавец и все такое. Под чинарой расстелен ба-а-альшой ковер, на ковре расстелена бурка, на ней сидит, скрестив ноги, одетый по домашнему Сталин,- в терской черкесске, с кинжалом; перед ним низенький столик, на котором изрядный глиняный кувшин, стакан красного вина, сыр-пармезан, брынза, айран, сливочное и подсолнечное масло, вароные яйца, картошка в мундире, жгучий перец, помидоры, огурцы, гогошары, яблоки, лук, петрушка, киндза-дза, реган, укроп, инжир, урюк, халва, шербет и я не знаю что еще… Хорошо! Еще и птичка-невеличка сидит на дереве и сладостно поет. И павлин-мавлин поблизости ходит.
Напротив Сталина сидит, точно таким же образом, на бурке, генерал-лейтенант Павел Мешик, и так же одетый, и тоже с кинжалом. И перед ним тоже стакан красного вина. Сухое. Саперави. Кахетинское. Делают по особой технологии. По уникальной. Я тоже умею делать вино, но такого я не сделаю… А из земли,.. в трех шагах от пирующих, выглядывает из земли большущее горло глиняного горшка – квеври! Рай, он рай и есть. Им там надолго хватит! Залейся!
Голос Ефима Копеляна за кадром:

Па́вел Я́ковлевич Ме́шик (1910, Конотоп — 23 декабря 1953, Москва) — деятель советских спецслужб, один из активных организаторов сталинских репрессий (большого террора), генерал-лейтенант. Входил в ближайшее окружение Л. П. Берия[1].
Арестован по делу Берии Л.П. по обвинению в измене Родине в форме шпионажа и заговоре с целью захвата власти и др. 23 декабря 1953 приговорен Военной коллегией Верховного Суда СССР по ст. 58 УК РСФСР к высшей мере наказания — смертной казни и в тот же день расстрелян в 21 час 20 минут. Тело было кремировано в печи 1-го Московского крематория, прах захоронен на Новом донском кладбище. Не реабилитирован.


Сталин (поднимая свой стакан): Ну, желаю чтоб все!

Нереабилитированный изменщик, заговорщик и шпион Мешик тоже поднимает свой стакан, но тут происходит непредвиденное! К ним подбегает маленькая девочка в воздушном белом платьице, на тонких и костлявых ножках, коленки торчат, парусиновые башмачки на ремешках с пуговками, белые чулочки, рыженькая такая, с веснушками – небесное создание! Да еще и с ангельскими крылушками за спиной. Глаза синие-синие! Пи-пи-пи, ми-ми-ми… Вот только лицо у нее… сразу же, с первого взгляда ясно – ябеда!
- Дядя Йосиф! Дядя Йосиф! А дядя Вова вас свиней антисемитской обозвал! И еще сволочью! Сволочью!
Тост в воздухе так и повис!
- Дядя Йосиф, вызовите его на цугундер! Вызовите!
Collapse )
Katya

Дело врачей-вредителей -53



Бирюкова: Мне в Википедии еще одна статья понравилась. Вот эта:

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B5%D0%BB%D0%BE_%D0%B2%D1%80%D0%B0%D1%87%D0%B5%D0%B9

Дело врачей (дело врачей-вредителей[1] или врачей-отравителей), в материалах следствия дело о сионистском заговоре в МГБ, также дело Абакумова — уголовное дело против группы видных советских врачей, обвиняемых в заговоре и убийстве ряда советских лидеров. Истоки кампании относятся к 1948 году, когда врач Лидия Тимашук на основании электрокардиограммы диагностировала у Жданова инфаркт миокарда, однако руководство Лечебно-санитарного управления — Лечсануправ Кремля заставило её написать другой диагноз и назначило Жданову лечение, противопоказанное при инфаркте, приведшее к смерти пациента.
В тексте официального сообщения об аресте, опубликованного в январе 1953 года, было объявлено, что «большинство участников террористической группы (Вовси М. С., Коган Б. Б., Фельдман А. И., Гринштейн А. М., Этингер Я. Г. и другие) были связаны с международной еврейской буржуазно-националистической организацией „Джойнт“, созданной американской разведкой якобы для оказания материальной помощи евреям в других странах». В связях с этой же организацией ранее были обвинены и проходившие по делу Еврейского Антифашистского комитета. Огласка дела местами приобрела антисемитский характер[2] и влилась в более общую кампанию по «борьбе с безродным космополитизмом», проходившую в СССР в 1947—1953 гг.
После ареста группы врачей кампания приняла общесоюзный характер, но закончилась после смерти Сталина в начале марта того же года. 3 апреля все арестованные по «делу врачей» были освобождены, восстановлены на работе и полностью реабилитированы.

Содержание
1Предыстория
2Сообщение о начале дела
3Следствие по делу
4Обвиняемые
5Резонанс
6Прекращение дела
7Возможное завершение дела врачей и вопрос о депортации
8Историография
9См. также
10Примечания
11Литература
12Ссылки


Предыстория
См. также: Борьба с космополитизмом
Дело врачей стало кульминацией политики, проводившейся в СССР в предыдущие годы[8].
Начиная с 1948 года в СССР уже шла кампания по борьбе с космополитизмом, которая приобрела антисемитские формы, поскольку в роли так называемых «безродных космополитов» чаще всего оказывались люди с еврейскими фамилиями. Появились негласные указания не допускать евреев на ответственные посты[9].
В 1952 году расстрелом 13 известных еврейских общественных деятелей и репрессиями в отношении более 100 человек завершилось дело Еврейского антифашистского комитета. Среди жертв этого дела был главный врач больницы им. БоткинаБ. А. Шимелиович. Ранее в СССР проходили процессы, в которых врачи обвинялись в умышленном убийстве пациентов, в частностиТретий московский процесс (1938), где среди подсудимых были трое врачей (И. Н. Казаков, Л. Г. Левин и Д. Д. Плетнёв), обвинявшиеся в убийствах Горького и других[10].
Кроме того, в странах Восточной Европы прошёл ряд политических судебных процессов, на которых кроме обычных обвинений в «предательстве» и планах «реставрации капитализма» добавилось новое — «сионизм». В ноябре 1952 года на процессе в Чехословакии, где подсудимыми проходили 13 человек, из них 11 евреев, включая Генерального секретаря ЦК КПЧ Рудольфа Сланского, было оглашено обвинение в покушении на убийство президента республики и одновременно Председателя КПЧ К. Готвальда при помощи «врачей из враждебного лагеря»[10].
Сообщение о начале дела
Проект сообщения ТАСС и материалов СМИ (в частности, газеты «Правда») об аресте группы «врачей-вредителей» был утверждён 9 января 1953 г. на заседании Бюро Президиума ЦК КПСС. Руководителем секретариатаИ. В. Сталина А. Н. Поскрёбышевымсекретарю ЦК КПСС и руководителю отдела пропаганды и агитацииН. А. Михайлову была направлена служебная записка[11]:

«Т. Михайлову. Посылаю 1 экз. "хроника" арест врачей-вредителей для помещения в газетах на 4-й полосе справа[11]»



Сообщение об аресте врачей и подробности «заговора» появились в статье без подписи «Подлые шпионы и убийцы под маской профессоров-врачей», опубликованной в «Правде» 13 января1953 года. Статья, как и правительственное сообщение, делала упор на сионистский характер дела: «Большинство участников террористической группы — Вовси, Б. Коган, Фельдман, Гринштейн, Этингер и другие — были куплены американской разведкой. Они были завербованы филиалом американской разведки — международной еврейской буржуазно-националистической организацией „Джойнт“. Грязное лицо этой шпионской сионистской организации, прикрывающей свою подлую деятельность под маской благотворительности, полностью разоблачено». Далее действия большинства арестованных увязывались с идеологией сионизма и возводились к уже фигурировавшему в деле Еврейского Антифашистского комитета тайно убитому сотрудниками МГБ СССР в 1948 годуСоломону Михоэлсу.
Героем, изобличившим убийц в белых халатах (популярный пропагандистский штамп этой кампании), пропаганда представила Лидию Тимашук — врача, обращавшуюся в ЦК с жалобами на неправильное лечение Жданова ещё в 1948 году. «За помощь в деле разоблачения врачей-убийц» она была награждена орденом Ленина.

Бирюкова: Тимошук была права и орден получила правильно.
И еще - Этингер! Не родственник ли одного фигуранта в деле Бейлиса?


Следствие по делу
разрабатывалось органами МГБ под руководством подполковника М. Д. Рюмина, написавшего в 1951 году донос Сталину о «сионистском заговоре» в органах госбезопасности. 29 октября 1952 г. Игнатьев доложил Сталину, что специалисты-медики подтвердили факт преступного лечения кремлёвских руководителей. Сталин немедленно дал санкцию на арест главных «заговорщиков»[14]. Сталин ежедневно читал протоколы допросов. Он требовал от МГБ максимальной разработки версии о сионистском характере заговора и о связях заговорщиков с английской и американской разведками через «Джойнт» (американская еврейская благотворительная организация)[15]. Он угрожал новому министру госбезопасности С. Игнатьеву, что если тот «не вскроет террористов, американских агентов среди врачей», то он будет арестован, как его предшественник Абакумов: «Мы вас разгоним, как баранов»[16]. В октябре 1952 года Сталин давал указания применять к арестованным врачам меры физического воздействия (то есть пытки)[17][18]. 1 декабря 1952 года Сталин заявил (в записи члена Президиума ЦКВ. А. Малышева): «Любой еврей-националист — это агент американской разведки. Евреи-националисты считают, что их нацию спасли США… Среди врачей много евреев-националистов»[19]. С 6 ноября 1952 г. по указанию Рюмина в камерах Лубянки ввели круглосуточное содержание узников в металлических наручниках. Причём, в дневное время руки заковывались за спиной, а в ночное — спереди. Однако заключённые упорствовали. Их доставили в Лефортовскую тюрьму и избили резиновыми палками (во Внутренней тюрьме на Лубянке ещё не было приспособленного для пыток помещения). 15 ноября 1952 г. Игнатьев доложил Сталину, что к Егорову, Виноградову и Василенко применены меры физического воздействия, для чегоподобраны… два работника, могущие выполнять специальные задания (применять физические наказания) в отношении особо важных и опасных преступников. Чтобы в дальнейшем не тратить время на транспортировку узников в Лефортово, в декабре 1952 г. начальник Внутренней тюрьмы А. Н. Миронов оборудовал пыточную в своём кабинете[14]. 24 ноября 1952 г. первый заместитель министра госбезопасности С. А. Гоглидзе доложил Сталину: Собранными документальными доказательствами и признаниями арестованных установлено, что в ЛСУК действовала террористическая группа врачей — Егоров, Виноградов, Василенко, Майоров, Фёдоров, Ланг и еврейские националисты — Этингер, Коган, Карпай, стремившиеся при лечении сократить жизни руководителей Партии и Правительства. Тем не менее, Сталин продолжал оказывать давление на МГБ, требуя усиления «оперативно-следственной активности» по делу. В результате в январе начались новые аресты медиков[20].

Обвиняемые
В сообщении ТАСС от 13 января[21] говорилось о 9 «заговорщиках, участниках террористической группы»:
1. Вовси М. С. — профессор, врач-терапевт;
2. Виноградов В. Н. — профессор, врач-терапевт;
3. Коган М. Б. — профессор, врач-терапевт;
4. Коган Б. Б. — профессор, врач-терапевт;
5. Егоров П. И. — профессор, член-корреспондент АМН, врач-терапевт, ведущий врач Сталина[22],
6. Фельдман А. И. — профессор, врач-отоларинголог;
7. Этингер Я. Г. — профессор, врач-терапевт;
8. Гринштейн А. М. — профессор, академик АМН, врач-невропатолог;
9. Майоров Г. И. — врач-терапевт.
Они были арестованы в период с июля 1951 по ноябрь 1952 года. Помимо них по «делу врачей» были арестованы ещё многие, в том числе создатель и хранитель забальзамированного тела Ленина профессор Б. И. Збарский (декабрь 1952 года), писатель Лев Шейнин (февраль 1953 года).
Большинство обвиняемых были евреями, в том числе арестованные чуть позднее врачи:
• Н. А. Шерешевский (врач-эндокринолог, профессор),
• M. Я. Серейский (психиатр, профессор),
• Я. С. Тёмкин (отоларинголог, профессор),
• Э. М. Гельштейн (терапевт, профессор),
• И. И. Фейгель (гинеколог, профессор),
• С. Е. Незлин (фтизиатр, профессор),
• В. Е. Незлин (терапевт, профессор),
• С. Е. Карпай (терапевт, заведующая кабинетом функциональной диагностики Крёмлевской больницы),
• Н. Л. Вильк (доцент),
• Е. Ф. Лифшиц (педиатр),
• Б. И. Збарский (биохимик, профессор);
• Я. Л. Рапопорт (патологоанатом, профессор),
• Л. Х. Кечкер (терапевт, профессор), и другие.
Также в ходе дела пострадали советские врачи других национальностей:
• А. А. Бусалов (хирург, профессор)[23];
• В. В. Закусов (фармаколог, профессор);
• В. Ф. Зеленин (терапевт, академик АМН СССР);
• Б. С. Преображенский (отоларинголог, академик АМН СССР);
• В. Х. Василенко (терапевт, профессор);
• А. Н. Фёдоров (патологоанатом)[24];
• Н. А. Попова (невропатолог, профессор)[25].
К делу посмертно были привлечены М. Б. Коган, М. И. Певзнер и Б. А. Шимелиович. Утверждалось, что арестованные действовали по заданию «еврейской буржуазно-националистической организации „Джойнт“»[26]. Участником заговора был назван и убитый по приказу Сталина за пять лет до этого известный актёр С. М. Михоэлс, двоюродный брат одного из арестованных врачей, главного терапевта Советской Армии генерал-майора медицинской службы М. С. Вовси.

Бирюкова: Меня здесь особенно заинтересовали патологоанатомы. Значит, они тоже были в деле. Так вот почему на вскрытии тела Сталина они не удосужились определить время свертывания крови. Атеросклероз, х-ха! Вы это долбаку Месяцеву вкручивайте, а не мне! Это не атеросклероз, это дикумарин. Уроды.

Резонанс
«Дело врачей» вызвало преследования родственников и сослуживцев арестованных, а также волну антисемитских настроений по всей стране[27]. В отличие от предыдущей кампании против «космополитов», в которой евреи, как правило, скорее подразумевались, чем назывались прямо, теперь пропаганда прямо указывала на евреев. 8 февраля в «Правде» был опубликован установочный фельетон «Простаки и проходимцы», где евреи изображались в виде мошенников. Вслед за ним советскую прессу захлестнула волна фельетонов, посвящённых разоблачению истинных или мнимых тёмных дел лиц с еврейскими именами, отчествами и фамилиями[28]. Самым «знаменитым» среди них стал фельетон Василия Ардаматского «Пиня из Жмеринки», опубликованный в журнале «Крокодил» 20 марта 1953 г.[19], уже после смерти Сталина.
Как отмечает д-р ист. наук Борис Клейн, сразу после сообщения ТАСС 13.01.1953 об аресте 9 врачей, «в американских верхах складывалось мнение, что… Это может быть началом радикальной чистки, наподобие чисток в СССР 1930-х годов… Вполне возможно, Сталин намерен ликвидировать более молодых и властолюбивых политиков из своего окружения, например Л. П. Берию»[5].
Константин Симонов много лет спустя записывал: «„Врачи-убийцы“ — страшнее, кажется, придумать было невозможно. Всё было рассчитано на огромный резонанс. В общем было ощущение, что последствия всего этого могут оказаться поистине невообразимыми»[29].
Леонид Смиловицкий пишет, что кампания по нагнетанию массового психоза и антисемитизма была предназначена для зондажа общественного мнения по отношению к репрессиям не только к конкретным обвиняемым, но и евреям вообще[30].
Прекращение дела
Бывший следователь по особо важным делам МГБ СССР Николай Месяцев утверждал, что был назначен разобраться с делом врачей по поручению Сталина. Он сказал[31]:
Искусственность сляпанного «дела врачей» обнаруживалась без особого труда. Сочинители даже не позаботились о серьёзном прикрытии. Бесстыдно брали из истории болезни высокопоставленного пациента врождённые или приобретённые с годами недуги и приписывали их происхождение или развитие преступному умыслу лечащих врачей. Вот вам и «враги народа»
Он утверждает, что он и его коллеги приступили к работе по надзору за этим делом через 6 дней после объявления в СМИ о начале дела врачей, то есть 19 января. Согласно этой версии, в середине февраля было подготовлено заключение, что дело сфальсифицировано.

Бирюкова: Ах, "обнаруживалась без особого труда"!Ах, этот Месяцев такой умный-умный и все видит насквозь даже без рентгена... А ты бы таки потрудился, дебил! Пруфы - в студию! Что, нету? Так чего разгавкался? Врачи-вредители реально угробили Щербакова и Жданова! А потом еще и самого Сталина. А ты, мразота, мне тут гавкать будешь?! Еще один выдающийся спец в области врачевания!

По словам Месяцева, все попытки привязать его прекращение к смерти Сталина в начале марта являются спекуляцией[31]. Однако при этом вал обвинений против врачей и антиеврейских публикаций в печати с середины февраля нарастал и прекратился лишь через некоторое время после смерти Сталина[32].
Доктор исторических наук Геннадий Костырченко, опровергая утверждения Месяцева, пишет, что Сталин не просто контролировал, но и лично направлял расследование по этому делу требуя «раскрыть» не только вредительское лечение, сколько шпионаж и террор[33]. Сразу же после расправы над 11 чехословацкими руководителями, казнёнными по делу Сланского, где также использовались мотивы «вредительского лечения», 4 декабря Сталин вынес на рассмотрение президиума ЦК вопрос «О положении в МГБ и вредительстве в лечебном деле»[34]. Костырченко считает, что развязывая публичную пропагандистскую кампанию, Сталин готовил публичный политический процесс[35]. Он пишет, что отмену дела инициировал 13 марта (то есть через неделю после смерти Сталина) Лаврентий Берия[36].
Высказывалось мнение, что уже 2 марта антисемитская кампания в прессе была свёрнута[15][37]. Однако ещё 15 марта в «Правде», в номере 74-12642, появилась статья Я. Калнберзина, посвящённая бдительности, необходимой, якобы, в связи с широкой шпионской деятельностью США против СССР. В качестве доказательства приводились злодеяния орудовавших в СССР врачей-вредителей, «продавшихся рабовладельцам-людоедам из США и Англии». Антисемитский (по мнению некоторых еврейских публицистов)[19][38] фельетон В. Ардаматского «Пиня из Жмеринки»,

Бирюкова: Непременно найду и прочитаю! И опубликую! Особенно важно применение слова "людоеды"; это не оговорка, не журналюжый прием, это прикосновение к сути.

в котором описывались факты хищений неким жителем Жмеринки, был опубликован в журнале «Крокодил» 20 марта.
Все арестованные по «делу врачей» были освобождены (3 апреля) и восстановлены на работе. Было официально объявлено (4 апреля), что признания обвиняемых были получены при помощи «недопустимых методов следствия». Разрабатывавший «дело врачей» подполковник Рюмин (к тому времени уже уволенный из органов госбезопасности) был немедленно арестован по приказу Берии; впоследствии, уже в ходе хрущёвских процессов над исполнителями репрессий, он был расстрелян (7 июля 1954 года).

Возможное завершение дела врачей и вопрос о депортации

Вызывавшее столь сильный общественный резонанс дело могло закончиться соответствующей кульминацией. Ходили слухи, что основных обвиняемых предполагалось публично казнить на Красной площади[39]. Яков Яковлевич Этингер — сын умершего в тюрьме профессора Я. Г. Этингера, также свидетельствует, что много позже после смерти Сталина, Булганин в разговоре с ним подтвердил, что суд над врачами намечался в середине марта 1953 года, осуждённых планировалось публично повесить на центральных площадях крупных городов СССР — примерно таким образом закончилось «дело Сланского» в начале декабря 1952 в Чехословакии.
Существует версия, согласно которой громкий процесс врачей должен был стать сигналом для массовых антисемитских кампаний и депортации всех евреев в Сибирь и на Дальний Восток. На фоне провоцируемых советской пропагандой внезапно вспыхнувших антисемитских настроений среди населения, депортация должна была выглядеть как «акт гуманизма» — спасение евреев от «народного гнева», погромов и самосуда.
По некоторым, документально не подтверждённым данным, было подготовлено письмо, которое должны были подписать видные деятели советской культуры, суть которого сводилась к следующему: «Мы, видные деятели культуры, призываем советское руководство оградить предателей и безродных космополитов еврейского происхождения от справедливого народного гнева и поселить их в Сибири»; по сведениям из других источников и воспоминаний современников это письмо должно было быть подписано именитыми советскими евреями, включая Кагановича. Бенедикт Сарнов приводит письмо Эренбурга, адресованное Сталину, в котором он якобы уточняет целесообразность такого шага[43]. Предполагалось, что советское руководство должно благосклонно отозваться на эту просьбу. Есть многочисленные свидетельства современников о том, что слухи о депортации циркулировали по Москве сразу после сообщения о начале дела врачей.
Доктор Костырченко сказал мне: «Конечно, проживи он [И. В. Сталин] ещё несколько лет, до этого [депортации советских евреев] вполне могло бы дойти»
— Самсон Мадиевский[44]
Многие исследователи, не отрицая антисемитской сущности «дела врачей», ставят под серьёзное сомнение существование планов депортации евреев. Подробное исследование данного вопроса (с привлечением архивных материалов) см. в статье исследователя советского государственного антисемитизма Геннадия Костырченко[45]. Историк Жорес Медведев в своей книге «Сталин и еврейская проблема» также пишет, что существование упоминаемого во многих книгах плана депортации евреев не подтверждается какими-либо архивными документами[46].
Историография[править | править код]
В кандидатской диссертации А. С. Кимерлинг отмечается, что изучение этой темы в СССР стало возможным лишь на исходе перестройки. На первом этапе в конце 1980-х годов были опубликованы записки, очерки, размышления непосредственных участников политической кампании, прежде всего, жертв. В журнальных материалах были представлены версии как проводников, так и жертв кампании. Начал формироваться политологический анализ. На втором этапе в 1990-х годах начались глубокие исторические исследования. Был опубликован ряд архивных документов, монографии и отдельные статьи. Тема затрагивалась в исследованиях более широкого плана в области современной истории, а также социологии и политологии[47]. Авторами наиболее важных научных монографий по теме Кимерлинг называет Геннадия Костырченко, Джонатана Брента, Владимира Наумова, Жореса Медведева, особо выделяя две книги Костырченко — «В плену у красного фараона» и «Тайная политика Сталина»[48].

*

Дакладная Игнатьева.

Докладываю вам, товарищ Сталин, что во исполнение Ваших указаний от 5 и 13 ноября с.г. сделано следующее:

1. Доставлена из Владимирской тюрьмы в МГБ СССР жена Кузнецова для допроса ее по поводу вредительства в лечебном деле и преступных связей с работниками Лечсанупра Кремля.
2. К Егорову, Виноградову и Василенко применены меры физического воздействия и усилены допросы их, особенно о связях с иностранными разведками.
Протоколы допроса Виноградова и Василенко представим 17 и 18 ноября.
3. Абакумов переведен из Лефортовской в Бутырскую тюрьму и содержится в ручных кандалах. Расположение камеры, в которой находится Абакумов исключает возможность его связи с кем-либо из лиц, не имеющих отношения к его охране и допросам.
Абакумов охраняется людьми, не знающими его и неизвестными ему. Содержится Абакумов не под фамилией, а под присвоенным ему номером.
4. Подобраны и уже использованы в деле два работника, могущие выполнять специальные задания (применять физические наказания) в отношении особо важных и особо опасных преступников.
5. Власик через руководство МВД СССР вызван в Москву. После прибытия он будет спрошен о связях с Егоровым и известных ему фактах преступного отношения врачей к лечению руководящих работников.
6. План выгодной для нас ликвидации радиоигр, ведущихся с противником из Прибалтийских советских республик представим Вам к 20 ноября. Эта работа возложена на тов. Рясного.
Игнатьев, 15 ноября 1952 года.

-==-

Бирюкова: С этого момента в моем маленьком круглом кабинете будет размещен портрет Сталина. Вот этот.



Но это не означает, что я хотела бы работать под его чутким руководством. У него был безобразный юмор и я не пожелала бы этого терпеть. Я очень рада, что нас разнесло по времени.

Katya

Евре́йский антифаши́стский комите́т (ЕАК)



Бирюкова: Я прочитала эту статью на Вики. Она мне так понравилась, что я размещаю ее на своем блоге.

Евре́йский антифаши́стский комите́т (ЕАК) —общественная организация в СССР, образованная органами НКВД в начале 1942 года при Совинформбюро из представителей советской еврейской интеллигенции для пропагандистских целей за рубежом, вместо первоначально планировавшегося Х. Эрлихом и В. Альтером международного Еврейского антигитлеровского комитета.

История
24 августа 1941 года был созван митинг «представителей еврейского народа», на котором выступили с речами С. Михоэлс,И. Эренбург, Давид Бергельсон, Пётр Капица (единственный нееврей, участвовавший в деятельности комитета) и другие. Они призвали «братьев-евреев во всем мире» прийти на помощь Советскому Союзу. Призыв имел отклик в западных странах: вСША был создан Еврейский совет по оказанию помощи России в войне во главе с А. Эйнштейном. В Палестине был учреждён также общественный комитет по оказанию помощи СССР в его борьбе против фашизма, впоследствии известный как «Лига Ви» (англ. victory «победа»).
7 апреля 1942 года в советской печати было опубликовано сообщение об учреждении Еврейского антифашистского комитета и его воззвание к «евреям во всём мире» за 47 подписями.
Основная задача ЕАК — влиять на международное общественное мнение и организовывать политическую и материальную поддержку борьбы СССР против Германии. Непосредственное кураторство ЕАК осуществлял С. Лозовский.
Деятельность
В ЕАК вошли политические деятели С. А. Лозовский (руководительСовинформбюро) и М. М. Бородин, писатели И. Г. Эренбург иД. Р. Бергельсон, поэты С. Я. Маршак, П. Д. Маркиш, Л. М. Квитко, кинорежиссёр С. М. Эйзенштейн, музыканты Д. Ф. Ойстрах,Э. Г. Гилельс, актёр В. Л. Зускин, генералы Я. Г. Крейзер иА. Д. Кац, Герой Советского Союза командир подводной лодкиИ. И. Фисанович, академики А. Н. Фрумкин, П. Л. Капица,Л. С. Штерн и др., создатель Камерного театра А. Я. Таиров, актёр и главный режиссёр Московского государственного еврейского театра Соломон Михоэлс, которому раньше отводилась роль заместителя Эрлиха, был назначен председателем ЕАК. Секретарем ЕАК стал Ш. Эпштейн.

Официальная газета ЕАК «Эйникайт» («Единство» на идише) распространялась по всему миру. Газета сообщала информацию о жизни советских евреев и о ходе боевых действий на фронтах. В феврале 1943 состоялся второй пленум ЕАК.
В 1943 году Михоэлс и Ицик Фефер в качестве официальных представителей советских евреев посетили и предприняли семимесячное турне по США, Мексике, Канаде и Великобритании.
Для советских вооруженных сил ЕАК собрал 16 миллионов долларов в США, 15 миллионов — в Англии и Канаде, 1 миллион — в Мексике, 750 тысяч — в британской Палестине, а также внёс другую помощь: машины, медицинское оборудование, санитарные машины, одежда. 16 июля 1943 «Правда» сообщила: «Соломон Михоэлс и Ицик Фефер получили сообщение из Чикаго, что специальная конференция Джойнт начала кампанию, чтобы финансировать тысячу санитарных машин для потребностей Красной Армии». Деятельность ЕАК способствовала открытиюВторого фронта[1].
В конце войны руководством комитета активно обсуждались планы организации Еврейской советской республики в Крыму. 2 апреля 1944 года в Колонном зале Дома Союзов состоялся третий антифашистский митинг представителей еврейского народа. 8—11 апреля 1944 состоялся третий Пленум Еврейского антифашистского комитета.
Репрессии

В послевоенные годы высокая известность комитета и его зарубежные связи стали мешать Сталину[2][3]. К концу войны, а также и после неё, ЕАК был вовлечён в документирование событий Холокоста. Это шло вопреки официальной советской политике представления преступлений нацистов как злодеяния против всех советских граждан и признания геноцидаевреев только как уничтожение части советского народа, утверждавшей, что трагедия советских евреев это составная часть трагедии всего советского народа[4]. ЕАК также переключился на защиту от дискриминации еврейского населения внутри страны, особенно той части евреев, что стремилась к культурной автономии[5], что противоречило исходным планам Сталина, создававшего ЕАК как орган пропаганды на заграницу[6]. Кроме того, недовольство Сталина вызывал лично Михоэлс, на которого органами госбезопасности был сфабрикован компромат[7][8][9]. Непосредственный «куратор» ЕАК заместитель министра иностранных дел и главаСовинформбюро Соломон Лозовский был уволен из МИД в 1945 году и снят с поста директора Совинформбюро в 1947 году[10].
Летом 1946 года Отделом внешней политики ЦК ВКП(б) была организована проверка деятельности ЕАК. Заместитель начальника отдела Панюшкин заявил руководителям ЕАК Михоэлсу и Феферу о намерении закрыть организацию. Однако на тот момент дело ограничилось выводом ЕАК из структуры Совинформбюро и передачи под прямой контроль ОВП 1 августа 1946 года[11][12]. 12 октября 1946 г. Министерство госбезопасности СССР направило в ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР записку «О националистических проявлениях некоторых работников Еврейского антифашистского комитета»[13].
Контакты с американскими еврейскими организациями привели к изданию «Чёрной книги» Ильи Эренбурга и Василия Гроссмана — первого документального произведения о преступлениях немецких оккупантов в СССР против еврейского населения в ходеХолокоста. «Чёрная книга» была издана в Нью-Йорке в 1946 году, но советское её издание тогда так и не появилось. Набор был рассыпан в 1948 году. Идеологическая установка требовала не выделять ни одну национальность в рамках всего пострадавшего в ходе войны населения СССР.[14]
14 мая 1948 года было провозглашено государство Израиль. Вначале СССР способствовал ему в надежде, что он может стать союзником СССР. Однако возникла проблема, связанная с активизацией советских евреев, которая вызвала неудовольствие властей. Апогеем стало прибытие в СССР 11 сентября израильской миссии во главе с Голдой Меерсон и восторженная реакция на это еврейской общественности Москвы[15][16]. Отношения с Израилем также не сложились, и с августа 1948 года началось ужесточение позиции СССР к Израилю и сионизму[17][18].

Дело ЕАК
12 января 1948 года по приказу Сталина Михоэлс был убит вМинске. Во время командировки его выманили из гостиницы, отвезли на дачу главы МГБ Белоруссии Лаврентия Цанавы под Минском и убили. После этого сотрудниками госбезопасности была инсценирована автомобильная катастрофа, а тело брошено в городе в одном из переулков[19][20][21][22]. Михоэлсу были устроены торжественные похороны как крупному государственному деятелю. Тем не менее, многие догадывались, что это не случайная смерть, а убийство[23][18][24]. 26 октября 1948 года участники убийства «за образцовое выполнение специального задания правительства» были награждены орденами, а лично Цанава был награждён орденом Красного Знамени[25].
В ноябре 1948 года советские власти начали кампанию по ликвидации того, что осталось от еврейской культуры[26][27]. 20 ноября 1948 года Еврейский антифашистский комитет был формально распущен решением Бюро Совета Министров СССР и закрыт «как центр антисоветской пропаганды». В декабре 1948 года были арестованы председатель ЕАК Ицик Фефер и директор Еврейского театра в Москве Вениамин Зускин. В начале 1949 года было арестовано несколько десятков членов Еврейского антифашистского комитета.
До этого министр ГБ В. С. Абакумов (позже арестованный в 1951 году по доносу М. Д. Рюмина) в своей докладной записке Сталину от 26 марта 1948 года писал, что «руководители Еврейского антифашистского комитета, являясь активными националистами и ориентируясь на американцев, по существу проводят антисоветскую националистическую работу», а его преемник С. Д. Игнатьев в своём письме Сталину от 30 апреля1952 года назвал арестованных членов ЕАК «американскими шпионами»[28].
В январе 1949 года советские средства массовой информации начали пропагандистскую кампанию против «космополитов», явно нацеленную против евреев СССР. Маркиш написал: «Гитлер хотел разрушить нас физически, Сталин хочет сделать это духовно».
Было возбуждено уголовное дело и арестовано все руководство ЕАК. В «связях с еврейскими националистическими организациями Америки…» обвинялись:
• Лозовский, Соломон Абрамович — бывший заместитель наркома иностранных дел СССР, начальник Совинформбюро
• Фефер, Ицик, поэт, секретарь ЕАК
• Брегман, Соломон Леонтьевич — заместитель министра Госконтроля РСФСР
• Юзефович, Иосиф Сигизмундович — сотрудник Совинформбюро
• Шимелиович, Борис Абрамович — главный врач Центральной клинической больницы им. Боткина
• Квитко, Лев Моисеевич — детский поэт
• Маркиш, Перец Давидович — поэт, секретарь Ревизионной комиссии Союза писателей СССР
• Бергельсон, Давид Рафаилович — писатель
• Гофштейн, Давид Наумович — поэт
• Зускин, Вениамин Львович — актёр и режиссёр, художественный руководитель Московского Государственного еврейского театра
• Штерн, Лина Соломоновна — академик АН СССР и АМН СССР, директор Института физиологии АМН СССР и зав. кафедрой физиологии 2-го Медицинского института
• Тальми, Леон Яковлевич — журналист-переводчик Совинформбюро
• Ватенберг, Илья Семёнович — старший контрольный редактор Государственного издательства художественной литературы на иностранных языках
• Теумин, Эмилия Исааковна — редактор международного отдела Совинформбюро;
• Ватенберг-Островская, Чайка Семёновна — переводчик ЕАК.
Дело рассматривала Военная коллегия Верховного суда СССР под председательством генерал-лейтенанта юстиции А. Чепцова; закрытые заседания начались 30 апреля 1952 года[28].
Суд по делу ЕАК открылся 8 мая 1952 г. Обвиняемые Лозовский, Шимелиович и Штерн осуществляли свою защиту в наступательной, решительной манере. Отрёкся от своих показаний и Фефер. Следователи пытались запугивать обвиняемых в перерывах между заседаниями коллегии, а Рюмин, пользуясь тем, что процесс проходил в здании МГБ, установил в совещательной комнате судей подслушивающее устройство. Возмущённый такой бесцеремонностью, председатель судейской коллегии А. А. Чепцов 15 мая приостановил делопроизводство и стал искать управу на Рюмина в различных властных структурах. Своё мнение он доложил Генеральному прокурору СССРГ. Н. Сафонову, председателю Верховного суда СССРА. А. Волину, Председателю Президиума Верховного Совета СССР Н. М. Швернику, секретарю ЦК ВКП(б) П. К. Пономаренко, председателю КПК при ЦК ВКП(б) М. Ф. Шкирятову, но поддержки не получил. Все они рекомендовали обратиться по этому вопросу кГ. М. Маленкову. Добившись с ним встречи, Чепцов застал в его кабинете заранее приглашённых туда Игнатьева и Рюмина. Чепцов потребовал передать дело на доследование и посетовал на самоуправство Рюмина[29]. Маленков возразил на это:
Что же, вы хотите нас на колени поставить перед этими преступниками? Ведь приговор по этому делу апробирован народом, этим делом Политбюро ЦК занималось три раза. Выполняйте решение Политбюро![29]
Впоследствии на июньском 1957 г. пленуме ЦК КПСС на вопрос генерального прокурора Р. А. Руденко, докладывал ли он Сталину о просьбе Чепцова доследовать дело ЕАК, Маленков ответил:
Всё, что я сказал, я не посмел бы не сказать Сталину[30]
18 июля 1952 года все обвиняемые, кроме Штерн, были приговорены к смертной казни. Лина Штерн была приговорена к 3,5 годам лагерей с последующей 5-летней ссылкой, а Брегман 16 июня во время суда был помещён в бессознательном состоянии в санчасть Бутырской тюрьмы, где умер 23 января 1953 года[31]. 12 августа приговор был приведён в исполнение и 13 членов ЕАК были расстреляны[32].
Реабилитация
22 ноября 1955 года Военная коллегия Верховного Суда СССР отменила приговор в отношении членов Еврейского антифашистского комитета из-за отсутствия в их действиях состава преступления.[28]
29 декабря 1988 года Комиссия Политбюро ЦК КПСС рассмотрела материалы, связанные с реабилитацией в судебном и партийном порядке лиц, проходивших по так называемому «делу Еврейского антифашистского комитета». Комиссия отметила, что проверкой данного дела в 1955 году установлено, что дело по обвинению С. А. Лозовского, И. С. Фефера и других является сфабрикованным, а признания обвиняемых на следствии получены незаконным путём, следственные работники, производившие расследование данного уголовного дела, осуждены в 1952—1954 годах за фальсификацию следственных материалов.[33] В1992 году в Иерусалиме установлен памятный знак расстрелянным членам ЕАК.
Историки рассматривают дело ЕАК как начало официальной антисемитской политики в СССР[18][34]. Костырченко считает, что главным виновником нагнетания государственного антисемитизма в стране и превращения Министерства госбезопасности в ударную силу этой политики был лично Сталин[35].


-==-

Бирюкова: За Родину! За Сталина!

Katya

Больница Зайцева в Киеве



Михаил Кальницкий - историк, исследователь киевской старины. Специально для "Первое экскурсионное бюро" .

Источник: http://www.primetour.ua/uk/company/articles/blagotvoritelnyie-uchrezhdeniya-zaytsevyih.html
© "Первое экскурсионное бюро".


Из предыдущей нашей статьи читатели могли узнать, как на протяжении второй половины ХІХ века складывалась промышленная застройка современной улицы Фрунзе (бывшей Кирилловской), как стремительно возводились крупные заводские корпуса. Впрочем, иногда строительство тормозилось вследствие различных обстоятельств. Едва ли не самой удивительной среди подобных причин оказалась сенсационная археологическая находка, которую посчастливилось сделать в 1893 году выдающемуся исследователю древностей Викентию Хвойке. Двор обширной усадьбы по нынешней ул. Фрунзе, 59–61 выходил на верхнее плато горы Юрковицы, где находился кирпичный завод. На склоне горы образовалось «глинище» – карьер, из которого добывали сырье для кирпича. И вот среди этой глины Хвойка сумел разглядеть многочисленные кости мамонтов, кремневые орудия наших пращуров, остатки жилья. С того времени на археологической карте Киева появилась так называемая Кирилловская стоянка эпохи палеолита (примерно 20-тысячелетней давности). В то время кирпичное предприятие принадлежало козелецкому купцу Игнату Багрееву. Рядом с ним на Кирилловской улице в 1896 году приобрел участок известный предприниматель, сахарозаводчик Иона Зайцев. Родился Иона Мордкович Зайцев в 1828 году близ Канева, со временем он переехал в Киев, где в 1893 году основал небольшую бесплатную хирургическую больницу на 7–10 коек в нанятом здании. Вскоре благотворительное учреждение получило название в честь «бракосочетания Их Императорских Величеств (Николая ІІ и Александры Федоровны) 14 ноября 1894 г.» Тем не менее, Зайцеву и его постоянному вдохновителю и консультанту – известному хирургу Григорию Быховскому – казался недостаточным масштаб сделанного. Поэтому в конце 1896 года филантроп приступил за собственные средства к строительству на Кирилловской улице одноэтажного на цокольном полуэтаже каменного здания, в котором с 1897 года и расположилась больница Зайцева. Здание было сооружено под наблюдением талантливого архитектора Карла Шимана. Здесь размещались 25 бесплатных коек, на которых каждый год проводилось около 400 операций. При больнице действовала также амбулатория, где больные могли бесплатно получить хирургическую, ортопедическую или отоларингологическую консультацию. Главным врачом неизменно оставался Григорий Борисович Быховский.

Хотя это нигде специально не отмечалось, но все киевляне знали: больница Зайцева обслуживает прежде всего неимущих евреев (конечно, кто-либо другой из местной бедноты тоже мог рассчитывать здесь на медпомощь). Возникает вопрос: зачем было открывать отдельное учреждение, если неподалеку, на Лукьяновке, уже несколько лет действовала общегородская Еврейская больница, которая также предоставляла хирургические услуги бесплатно? Дело здесь, разумеется, не в каком-то чрезмерном честолюбии Зайцева. Во-первых, еврейской бедноты в Киеве проживало достаточно много, и никакое количество благотворительных кроватей не оказалось бы лишним. А во-вторых, хирургическая больница Зайцева лучше учитывала потребности евреев с окраин и из ближайших местечек. Они тоже охотно воспользовались бы филантропической помощью квалифицированных киевских врачей. Но, по тогдашнему законодательству, Киев не входил в так называемую «черту оседлости», то есть был закрытый для обычного еврейского населения. Только отдельные «полезные» категории (купечество, интеллигенция, ремесленники и т.п.) могли здесь жить беспрепятственно. Правда, любому еврею разрешалось временно приезжать в Киев с целью лечения, но жить при этом он был обязан лишь на территории одного из особо выделенных для этого городских полицейских участков – Лыбедского или Плоского. Еврейская больница находилась в Лукьяновском участке, поэтому для продолжительного хирургического лечения в стационаре приезжий должен был получить (после унизительных ходатайств) разрешение генерал-губернатора. А больницу Зайцева организовали в Плоском участке, благодаря чему любой больной мог находиться здесь без особого дозволения.
В 1899 году Иона Зайцев приобрел также усадьбу Багреевых с кирпичным заводом (там еще продолжались археологические изыскания). Общая площадь его владений под склоном Юрковицы превысила 10 гектаров. Когда почтенный филантроп умер (в 1907-м), эту недвижимость унаследовал его сын Маркус. Он оказался достойным продолжателем отцовского дела. В начале 1911 года Зайцев-младший подал ходатайство о начале нового строительства по правую (северную) сторону от больницы. Проект предусматривал возведение здесь еще одного больничного корпуса в два этажа, с одноэтажной пристройкой для столовой. Но на стадии согласования к Маркусу Ионовичу обратились представители Общества для попечения о старых евреях. Они убедили благотворителя в том, что устройство приюта-богадельни для немощных стариков также является нужным и неотложным делом. Зайцев согласился отдать первый этаж будущего дома под богадельню; для ее обитателей вместо столовой в пристройке устроили небольшую синагогу. Когда были решены все организационные вопросы, в марте 1911-го состоялась торжественная закладка здания. Возведением красивого сооружения в стилистике модерна руководил выдающийся киевский зодчий, городской архитектор Эдуард Брадтман. Но новостройка оказалась связанной не только с благотворительной заботой о стариках, но и с дикими средневековыми предрассудками.

Через несколько дней после того, как газеты известили о закладке богадельни Зайцева, Киев всколыхнула весть о зверском убийстве 13-летнего мальчика по имени Андрей Ющинский. Его мертвое тело с многочисленными ножевыми ранениями нашли в пещере на склоне Юрковицы, неподалеку от усадьбы Зайцева. Непредубежденные следователи быстро выяснили: произошла уголовная расправа. После первых допросов стало известно о дружбе несчастного Андрюши с детьми лукьяновских преступников и о том, что во время детской ссоры у мальчишки вырвались неосторожные высказывания («А я всем расскажу, что у вас в доме воровской притон!»). Но внезапно течение следственного дела уклонилось от разумного направления. Обнаружились «свидетели» из среды местной шантрапы, которые указали на причастность к преступлению еврейского обывателя Менахем-Менделя Бейлиса. Tот был служащим кирпичного завода Зайцева и жил в небольшом домике на территории заводской усадьбы, со стороны Верхне-Юрковской улицы (сейчас ул. Отто Шмидта). Зачем ему было убивать мальчика? Обвинители выдвинули две версии: для того, чтобы воспользоваться христианской кровью для приготовления мацы – ритуальных еврейских хлебцев (ведь приближалась иудейская пасха), или чтобы оросить этой же кровью место сооружения будущей синагоги на улице Кирилловской. Казалось бы, в XX веке подобный нелепый бред может вызвать лишь смех или возмущение. Но случилось иное: по недвусмысленному указанию из Петербурга официальное следствие принялось отрабатывать ритуальную версию, а Бейлис на два года оказался за решеткой. У столичных чиновников правительства были свои соображения – вздымалась очередная революционная волна, и кое-кому показалось заманчивым подстрекнуть население против евреев, чтобы таким образом «выпустить пар» общественного недовольства.
Фото 6. Мендель Бейлис
После длительной следственной волокиты осенью 1913 года в Киевском окружном суде (ул. Владимирская, 15) состоялся судебный процесс, на котором лучшие адвокаты страны разбили вдребезги лживое обвинение против Бейлиса. Он был оправдан, хотя настоящие убийцы так и остались ненайденными. Сразу вслед за этим герой процесса на короткое время поселился в одноэтажном деревянном домике по правую сторону от новой богадельни (не сохранился). Здесь Бейлиса искренне приветствовали многочисленные друзья, волновавшиеся за его судьбу, среди них – известные писатели Владимир Короленко и С.Анский (Раппопорт). Вскоре освобожденный узник посчитал лучшим навсегда покинуть пределы Российской империи... Надо еще добавить, что приговор присяжных оказался половинчатым. Сняв обвинение с Бейлиса, они не согласились с доводами защиты, что убийство вообще не имеет отношение к усадьбе Зайцевых. В их вердикт, с подачи обвинителей, было включено недостоверное и неточно сформулированное указание, что якобы кровавое преступление совершено «в одном из помещений кирпичного завода, принадлежащего еврейской хирургической больнице и находящегося в заведывании купца Марка Ионова Зайцева». Это давало косвенную возможность антисемитам говорить о «доказанности» ритуальной версии убийства.
Фото 7. Синагога в интерьере богадельни Зайцевых.
Фото 1910-х гг.
Однако, вопреки всем неприятностям, строительство нового здания в филантропическом комплексе отца и сына Зайцевых было завершено, и с 1912 года богадельня и синагога в его стенах начали действовать. Но затем начались проблемы, связанные с событиями революции и гражданской войны, которые отнюдь не способствовали нормальному развитию благотворительности. После 1918 года заведение фактически осталось без присмотра. Маркус Зайцев бежал в Одессу, откуда вел прямой путь в эмиграцию. Только в 1922-м для зданий, которые уже начали разрушаться, нашлись заботливые хозяева. Местное «Общество представления помощи бедным больным» открыло в корпусе богадельни бесплатную больницу на 24 хирургических и 6 гинекологических коек. Содержание ее приняла на себя благотворительная еврейская организация «Джойнт» (США). Снова несколько сотен тяжко больных ежегодно получали своевременную медпомощь. Однако вскоре советские органы отказались от услуг «Джойнта», а помещения больницы Зайцевых национализировали. В дальнейшем в них устраивали те или иные государственные медицинские учреждения: родильный дом, институт переливания крови, инфекционную больницу... Синагога, конечно, уже не возобновила деятельность в атеистическом государстве, а с фасадов обоих сооружений исчезли выложенные из кирпича надписи с информацией, на чьи средства они возведены. В 1958 году корпуса были надстроены – каждый на один этаж. Это существенным образом изменило их архитектурные пропорции. Начиная с 1991 года, оба корпуса находились на реконструкции. И лишь с недавнего времени старая застройка снова используется – теперь уже как помещения фирмы «Фармак». Там, где когда-то была еврейская молельня и обретали приют немощные старцы, сейчас размещаются офисы. В общем-то, после ремонта старинная застройка участка производит вполне приличное впечатление. Жаль только, что никому не пришло в голову восстановить тексты на фасадах, которые увековечили бы имена выдающихся благотворителей – отца и сына Зайцевых.


Телефон/факс: +38 (044) 207-12-55 Телефони: +38 099 55-00-000 +38 096 94-00-000

Источник: http://www.primetour.ua/uk/company/articles/blagotvoritelnyie-uchrezhdeniya-zaytsevyih.html
© "Первое экскурсионное бюро".









Katya

Провокатор



Сталин сделал то, что должен был сделать Николай 2, потому Сталина и считают агентом царской охранки. (В частности, СоЛЖЕницин. Ну и кто-то еще.) Николай должен был 670 тысяч расстрелять и еще три миллиона посадить, и еще депортировать евреев в Уганду – в то время как раз обсуждался этот вопрос, Великобритания была готова выделить земли... Сталин 670 тыс. расстрелял и три млн посадил, и депортацию евреев пытался устроить – в Биробиджан, правда, за неимением доступа в Уганду, но не успел, отравили (дикумарином). Чем не агент Николая 2?

Но вряд ли Николай давал Сталину такое поручение. Зачем? Если Николаю проще было это учинить самолично. Году эдак в 1913. Ввести вариант опричнины, или хунвейбиновщины, создать новое силовое ведомство (по Collapse )
Katya

Сошлись в дискуссии суровой Виконт и Даша Бирюкова



Виконт: Сделка с дьяволом
https://vikond65.livejournal.com/953073.html?view=54067953#t54067953

Поздравляю всех тонких и толстых знатоков истории с сегодняшним юбилеем - 80-й годовщиной подписания "пакта Молотова-Риббентроппа", а точнее - Сталина-Гитлера, который, по мнению многих историков стал спусковым триггером Второй мировой войны. Не "мюнхенский сговор", как лукаво заявляли советские пропагандисты и продолжают заявлять их нынешние последователи, а именно он. Как известно, ровно через неделю после заключения этого пакта Германия напала на Польшу, а еще через 16 дней ее примеру последовал СССР. И всё заверте..., а в итоге - 70 миллионов трупов.

Рискуя вызвать бурю эмоций, выскажу свое мнение по этому поводу, состоящее в том, что подписание пакта, открывшее дверь в Европу второму всаднику Апокалипсиса, было той самой фатальной ошибкой, которая, по известной формуле, - хуже, чем преступление. Ошибкой, имевшей тяжелейшие последствия для всего мира, но прежде всего - для СССР.

Широко известны повторенные бессчетное количество раз рассуждения о том, что, пойдя на сделку с Гитлером, Сталин получил "мирную передышку", позволившую Советскому Союзу лучше подготовиться к будущей войне. Однако рассуждающие подобным образом почему-то забывают о том, что Германия за те же два года усилилась гораздо больше и подготовилась намного лучше, чем СССР, захватив почти всю Европу и получив в свои руки огромную экономическую мощь, которой в 1939 году она еще не обладала.

А СССР в эти годы не получил ничего, кроме бедных восточных районов Польши, Прибалтики и Бессарабии, которые по своему экономическому значению не шли ни в какое сравнение с покоренными рейхом Францией, Бельгией, Голландией, Данией, Норвегией и т.д. То есть, готовясь к войне, ему приходилось рвать жилы только собственных рабочих и крестьян. Более того, эта лихорадочная подготовка в значительной мере привела к тому, что множество новейших, но не доведенных до ума и не освоенных личным составом самолетов и танков было просто брошено при отступлении на аэродромах и на обочинах дорог, не нанеся врагу никакого ущерба. .

Гитлер в 1940-м и в начале 1941 года обзавелся многочисленными сателлитами, которые также значительно усилили его военный и экономический потенциал. На его стороне в войну против СССР вступили Италия, Венгрия, Румыния, Хорватия, Словакия и Финляндия, у которых в 1939-м еще не было с Германией военных договоров. А СССР за те же годы не приобрел ни одного союзника. Так, для кого же эта "передышка" оказалась более выгодной? По-моему, ответ очевиден.

dascha_biryuck
Любопытная точка зрения.
26 августа 2019, 22:31 (local)
Но возможен и другой вариант - Сталин надеялся, что пакт перерастет в союз с Германией. И воевать вообще не придется.
Collapse )
Katya

Донская конная артиллерия


Если он был знатоком русского языка, то это вовсе не исключает того, что в других областях и, между прочим, в медицинской, хотя и был медиком, стоял на уровне знахаря.
Бонч-Бруевич

Бирюкова: Не повезло Владимиру Далю с большевиками,- в знахари угодил.

Даль В.И. Донская конная артиллерия // Русская старина, 1871. – Т. 4. - № 10. – С. 445-447.

Мы скучали в карантине, возвращаясь в 1829 году из турецкаго похода, не то на Прут, не то на Днестр и потешались, от нечего делать, ученьем донской конной артиллерии под начальством Кирпичева. Ученье это, в самой вещи, было делом потешным. Начиналось всегда тем, что дикие, застоявшиеся кони кое-как еще сносно выезжали на позицию и строились; но затем, едва выждав первую команду, прядя ушами, несли врозь, во все стороны: мчались неудержно пушки шестерней, зарядные ящики тройками, мчались по широкому полю на кругах, во весь дух, и только уходившись и упарившись порядком, исподволь смирялись и наконец снова выстраивались. Стук и грохот заглушал все, командных слов не было слышно, да и никто не был в силах исполнять их. По окончании этого вступления, все приходило в порядок, снова раздавалась команда „смирно" и начиналось ученье.
Сидя ночью за костром, мы шутили над этим, когда подошел к огню и сам Кирпичев. „Да, господа, смейтесь", сказал он, „а с этими людьми и лошадьми не пропадешь, только надо быть о двух головах. В прошлом 1828-м году, государь император отправился из армии на два перехода, выслав вперед на привал дивизион Северскаго конно-егерскаго полка и пол-роты нашей конной артиллерии, тогда как в конвой с его величеством пошел другой дивизион того же полка и другая половина моей конной роты. Выступили на заре при тихой, прекрасной погоде. Государь был весел; кроме штаба и полковаго командира, я также присоединился к конвою. Место было безопасное; государь приказал вызвать песенников, сперва конных егерей, а потом, на смену им, казаков. Прошли уже половину перехода; тогда государь сказал:
— „Тут кажется дойдем и без конвоя, до привала должно быть не далеко", и, оборотясь, сказал „спасибо", и конным егерям и нам, и приказал отпустить конвой.
Услыша за собою топот, государь оглянулся, и, увидав меня, спросил: „Куда-ж вы?"
Я отвечал, что моя полурота впереди, на привале, и потому прошу его величество дозволить мне остаться.
Прошло несколько минут или более, как вдруг впереди послышался выстрел. Государь остановился и, оборотясь, глядел на нас. Из авангарда прискакал фланкер, подтвердивши, что впереди был слышен выстрел. Государь, простояв молча несколько секунд в нерешимости, сказал: „Воротить конвой".
Полковой командир пустился во все лопатки! Обратясь ко мне, государь прибавил: „Кирпичев, приведи мне свою полуроту!" Под полковником был конь лихой, но манежный, не наш степной; я чухнул, обскакал товарища и догнав полк, пролетая мимо, закричал дивизионному: „Воротитесь, государь в опасности!" А настигнув артиллерию, которая шла напереди, гаркнул без команды во весь голос: „Ребята! государь в опасности! На лево кругом, марш-марш! подхватывай на лямки!"
Вот и загрохотали мои пушки и ящики, ровно здесь на ученьи, чистом поле, а казаки, подскакивая под орудия, захлестывали лямки и неслись во весь дух. Так мы обогнали конных егерей без оглядки, по сказочному: стал передо мной, как лист перед травой! И полурота моя неудержно пронеслась мимо царя, насилу справившись, чтобы остановиться. Я подскакал к государю, он вынул часы и взглянув на меня, сказал: „Молодцы!" Потом подъехал к полуроте, сказал спасибо, выслушал: „рады стараться", и увидав пыль из-под конных егерей, опять вынул часы, выждал приближение дивизиона и сказал мне: „Кирпичев, ты на семь минут опередил конных егерей!"
Тревога оказалась пустою, но наша дикие кони, как видите, свое сделали!"

В.И. Даль.



А это Бонч-Бруевич:

Сразу видно - гавно.
Katya

Соловьев – еврей разбойник


Посмотрела одну из передач еврея Соловьева. Он омерзителен. Пригласил к себе на передачу одного поляка. В гости. Они там разошлись во мнениях насчет событий второй мировой. Соловьеву не нравилось, как поляки в то время обращались с евреями. И Соловьев-еврей стал оскорблять поляка, грозить ему немедленной физической расправой. И вел себя Соловьев так, что после этого полагается стреляться на пистолетах. С поляками опасно демонстрировать такие плохие манеры, потому что поляки вспыльчивые и храбрые и драться на дуэли могут - это доказано и не раз. Причем с гораздо более серьезными противниками, чем озверевший еврей. Но времена изменились Collapse )